Предприниматель Владимир Невейкин описал, как он организовывал производство радиостанций в РФ и в Китае. В РФ абсолютно все зарегулировано, везде сплошной геморрой. В Китае и на Тайване - абсолютно свободно. В результате себестоимость продукции в России в ДВА раза выше ТОЛЬКО благодаря административным барьерам.
Три части статьи:
https://www.novayagazeta.ru/articles/2009/09/14/41382-dvoynoe-vedeniehttps://www.novayagazeta.ru/articles/2009/09/16/41352-dvoynoe-vedeniehttps://www.novayagazeta.ru/articles/2009/09/18/41321-dvoynoe-vedenieЦитаты:
Хотя мы выпускаем совершенно идентичную продукцию одновременно в России и Китае, на родине конечная себестоимость изделия практически вдвое выше китайской. Причина — транзакционные издержки российской системы администрирования производственных компаний, начиная от момента создания продукта и заканчивая его реализацией. В нашей электронной отрасли они добавляют не менее 100% к конечной себестоимости продукции, делая ее абсолютно неконкурентоспособной не только на внешнем рынке, но и внутри собственного государства.
В Китае никто не интересуется, сколько денег ушло на расходные материалы, сколько — на командировки, а сколько — на рекламу, и как вы амортизируете ваше оборудование. Просто полностью списываете все расходы в себестоимость. Если вы приобрели оборудование, то сами определяете порядок его амортизации, можете сразу его и списать, независимо от его стоимости.
Российские чиновники обычно реагируют на рассказы о подобной практике болезненно: «Ведь так можно серьезно занизить налогооблагаемую базу и сократить отчисления в бюджет!». Логика почти на уровне утверждения: «Чтобы корова больше давала молока и меньше ела, ее надо реже кормить и чаще доить».
В России же не покидает ощущение того, что на самом деле твое частное предприятие только условно «частное». Каждый чиновник может проверять тебя с утра до вечера или просто приостановить деятельность.
В своей почти 20-летней практике я не обнаружил особого национального ноу-хау в китайских экономических реформах. Наоборот, повсеместно копируются методы и формы, которые доказали сначала свою историческую эффективность в Западной Европе, США, Японии, а затем в Южной Корее и на Тайване; изживаются традиционные для Китая «патерналистские» отношения между государством и бизнесом. Особенно это видно на примере Сянгана (Гонконга), который в конце 90-х перешел под юрисдикцию континентального Китая. Китайское правительство ничего не изменило в жизни этого анклава: не только в экономических отношениях, но и в политической активности населения. Когда приезжаешь на железнодорожный вокзал полуострова Цзиулун из Гуанчжоу, то в глаза бросаются большие плакаты с призывами наказать коммунистическую партию Китая за преследование инакомыслящих.